1812 год: гроза, превратившая завсегдатая модных салонов в человека доблести и чести

Татьяна Теточко

Мысли на годовщину Бородина.

12 (24) июня 1812 года французские войска перешли границу Российской Империи – началась Отечественная война. Велась она не только за Отечество, но и за веру. Французская армия была богоборческой. Во время нахождения в Москве французы оскверняли православные святыни, в ряде храмов были устроены конюшни. Выдающийся русский государственный и военный деятель генерал от кавалерии граф А. Х. Бенкендорф вспоминал, в каком состоянии он увидел Успенский собор Московского Кремля: «Мощи святых были изуродованы; украшения с гробниц сорваны. Образа, украшавшие церковь, были перепачканы и расколоты». Католический священник Сюрог, живший в Москве, рассказывал, что из тысяч наполеоновских солдат, умерших в Москве, отпел он только двоих.

Несмотря на отдаленность Урала, когда генерал-губернатор Оренбургского края, генерал от кавалерии князь Г. С. Волконский получил императорский манифест о начале войны, он сразу же объявил о мобилизации казаков. Оренбургскому войску поручалось выставить три полка (около 1500 человек). Каждый казак должен был иметь «не бывшего в работе» коня, трехметровую пику, саблю, ружье и пистолет. Казаки, как известно, — не регулярная армия, вооружением они должны были обеспечивать себя сами. И вот, еще вдали от разрывов и сабельных сшибок, еще в своей станице атаман станицы Нагайбакской Серебряков совершает подвиг – продает свой дом, чтобы снарядить в поход наиболее бедных станичников.

Конец лета 1812 года. Войска готовятся к генеральному сражению. И 26 августа по старому стилю оно грянуло. На Бородинском поле, представлявшем собой холмистую равнину между Новой Смоленской и Старой Смоленской дорогами, встретились две величайшие армии мира.

Вам не видать таких сражений!

Носились знамена, как тени,

В дыму огонь блестел,

Звучал булат, картечь визжала,

Рука бойцов колоть устала,

И ядрам пролетать мешала

Гора кровавых тел.

Целый день гремели орудия. Каков же итог? Бородинская битва, конечно же, не является обычным сражением. По своему уровню и по тому, как его задумывал Наполеон, его смело можно назвать генеральным. С точки зрения русского командования значение этого сражения велико, поскольку просто невозможно было продолжать отступление и оставить Москву без серьезного боестолкновения. Вопрос же о том, кто победил при Бородине, до сих остается предметом ожесточенных споров. И, судя по всему, консенсус никогда не будет достигнут, поскольку речь идет уже не о реальных фактах, а об их политической трактовке!

 

Так, французы всегда будут утверждать, что это победа Наполеона, тем более что формально русские войска действительно отступили (и оставили затем Москву). Но при оценке результатов сражения необходимо учитывать не только отдельные факты – за кем осталось поле боя, какое было количество потерь и т.д., а также и смотреть, какое значение сражение оказало на результат всей кампании. Это действительно важно, поскольку в противном случае возникает дилемма: он выиграл битву, но проиграл войну!

И здесь мы можем сделать однозначный вывод: Наполеон мог позволить себе такие потери, которые он понес, только при одном условии – русская армия должна была быть разгромлена, выведена из игры без надежды на возрождение. То есть кампания должна была быть завершена. В любом другом случае понесенные «Великой армией» потери были для нее если не катастрофой, то ее началом.

В чем же миссионерское значение памяти о 1812 годе? Чтобы понять это, нужно вспомнить, что представляло собой русское общество накануне войны. Бездумное преклонение перед французским языком и культурой (многие дворяне даже плохо владели русским языком!), проникновение различных оккультных обществ европейского происхождения. Я даже перестаю понимать, о каком времени пишу, настолько всё это применимо и к нашим современникам. Но угроза самому существованию Церкви и государства пробудила в людях подлинное, исконное. Завсегдатаи модных лавок преобразились в тех, о ком поэт сказал:

«Да, были люди в наше время, Могучее, лихое племя: Богатыри — не вы».

Эти события гениально отражены А.С. Пушкиным в повести «Метель». Легкомысленный шутник Бурмин, пройдя грозу Двенадцатого года, стал человеком, способным на невероятную твердость в соблюдении своего церковного и гражданского долга.

Мы сегодня переживаем удивительное и тревожное время, когда исторический процесс ускорился, а обстановка глобальной геополитической конкуренции затрудняет любые прогнозы и ставит задачу готовности к новым суровым событиям. И в этом деле одним из духовных ориентиров для нас являются герои Бородина.

Валентин Гурский

Добавьте свой комментарий

Просьба соблюдать правила уважительного тона. Ссылки на другие источники, копипасты (большие скопированные тексты), провокационные, оскорбительные и анонимные комментарии могут быть удалены.