Политолог Яна Амелина: «Деструктивно-агрессивные сообщества в социальной сети как угроза, реальная для всех нас»

Татьяна Колодяжная

О чём мы думаем, когда слышим слово «безопасность»? Как правило, это отсутствие вооружённых конфликтов и хорошо запертая дверь. Но вряд ли мы чувствуем себя комфортно, когда идём поздно ночью по окраине города или поднимаемся в квартиру по тёмному подъезду, вряд ли нам даёт уверенность в завтрашнем дне очередное сообщение о повышении цен. А какова ваша реакция, когда вы утром выходите их дома и видите «барханы» льда? Всё это бытовые примеры, но и ведь безопасность бывает разная.

12 октября на базе Южно-Уральского государственного гуманитарно-педагогического университета прошла конференция «Национальная безопасность и молодёжная политика. Современные вызовы». Одним из докладчиков стала Яна Александровна Амелина – российский политолог и исламовед, специалист по современным проблемам Кавказа, Крыма и Поволжья, автор публикаций, посвящённых политическим процессам в России и странах СНГ, этнорелигиозным проблемам на постсоветском пространстве, образованию. В настоящее время является секретарём-координатором Кавказского геополитического клуба (г. Владикавказ), в мае этого года она выпустила аналитический доклад «’’Группы смерти’’ как угроза национальной безопасности России», который можно найти в интернете. На конференции Яна Александровна выступила с докладом «Деструктивно-агрессивные сообщества в социальной сети ‘’ВКонтакте’’ как угроза национальной безопасности. Последние тенденции». Возможно, кому-то из вас покажется, что аналитики слишком паникуют и преувеличивают роль картинок в интернете. Но давайте признаем: когда одно и то же явление происходит с завидной регулярностью, на него рано или поздно перестаёшь реагировать и начинаешь считать его чем-то обычным. Тем более кто как не молодёжь является основной аудиторией социальных сетей?

– Яна Александровна, почему именно проблемой влияния соцсетей вы решили заняться?

– Данная проблема сейчас весьма актуальна. На мой взгляд, она наиболее опасна, возможно, за исключением прямого военного конфликта и силового противостояния с другими государствами. Проблема эта не только российская, но и международная, несмотря на то, что в различных странах она имеет свои особенности. И нам тем более важно увидеть эти параллели и использовать иностранный опыт или – наоборот – предложить им наши варианты борьбы с этим негативным явлением.

Огромным фактором риска является то, что благодаря соцсетям в век повсеместно развитого интернета мы получаем очень широкий охват подростковой (и не только) аудитории. Когда я говорю о подростках, то подразумеваю основную «целевую аудиторию», которая подвергается влиянию этих групп по понятным психологическим причинам, но, разумеется, проблема касается и людей более старшего возраста. Эти деструктивные явления распространяются со скоростью лесного пожара. И закрывать на это глаза уже нельзя. Если в прошлом году речь шла о подведении детей и подростков к самоубийствам, что само по себе страшно и выходит за рамки морали, то сейчас мы видим совершенно явную тенденцию к подготовке подростков к совершению терактов. Причём главная особенность, что теракты эти будут не мотивированы идеологически или политически. Как вспышки агрессии. Начало этому мы уже видим, например, происшествие 5 сентября 2017 г. в городе Ивантеевка, когда мальчик 15 лет, вдохновлённый терактом 1999 года в американской школе «Колумбайн», напал с пневматическим ружьём и тесаком на своих одноклассников и учителей. Самое страшное, что наши прогнозы сбываются с абсолютной точностью. Ещё в своём докладе, который вышел в мае этого года, я предсказывала, что скоро в России будут происходить подобные вещи. К сожалению, случилось это даже быстрее, чем мы предполагали.

Боюсь, что будут оправдываться и другие прогнозы, если ситуация с этими деструктивными группами не станет урегулированной. Во-первых, сейчас через соцсети «программируют» на насилие над детьми: избиению, пыткам, моральному унижению. У подростков активно снимают моральный барьер на насилие, который существует в сознании каждого человека. Кроме того, параллельно идёт пропаганда педофильской темы и инцеста. Конечно, эти явления существовали и раньше, но были случаями единичными и маргинальными. Сейчас же идёт речь о том, чтобы вытащить их в более широкий общественный контекст.

Во-вторых, очень резко растёт агрессивность женщин. Даже в Челябинске на фестивале красок, когда происходила стычка подростков с полицией, было видно, что основными «задирами» и самой негативно настроенной частью толпы были девчонки 13–15 лет. Агрессивность этой группы будет развиваться и дальше, потому что они ещё меньше, чем парни того же возраста, связаны какими-либо моральными ограничениями. Они легче переходят за грань противоправных действий.

Кроме того, я опасаюсь, что очень скоро возможны теракты, направленные против обычных людей, то есть их будут случайным образом выбирать из толпы. В Европе это называется феноменом «одиноких волков». Возможно, «жертв» будут сталкивать под поезда в метро, толкать с лестницы… И когда «волков» станут спрашивать «Почему вы так поступили?», они не смогут ничего ответить.

– Но как отличить деструктивные сообщества от, например, пабликов с чёрным юмором? Есть ли какой-то дифференцирующий признак?

– Это социальное явление достаточно сложное. Ваш вопрос абсолютно правомерен, эта дифференциация крайне сложна. Почему я и выступаю за закрытие всей соцсети «ВКонтакте», если она не способна навести там порядок. Развести эти группы практически невозможно, есть множество нюансов, которые нужно учитывать: буквально каждый пост, каждое видео, каждую картинку и фотографию следует рассматривать индивидуально. Поэтому я в своём докладе и не привожу примеры конкретных сообществ и пабликов (разве что за исключением совсем уж одиозных). Сегодня провоцирующие материалы появляются в одной группе, завтра через платную рекламу или репосты – в другой, где висят определённое время, а затем контент удаляется, и обычные группы продолжают функционировать дальше. Но опасно то, что восприимчивая аудитория может «подсесть» на провокационный контент и когда встретит совсем уж что-то запретное (например, призыв убить ребёнка), то не увидит в этом ничего из ряда вон выходящего. Эффект 25-го кадра. И если кто-то в комментариях начнёт писать, что так нельзя, его быстро заткнут, обзывая моралофагом. Я не говорю о том, что все, кто ставит «лайк» подобным картинкам, завтра пойдут убивать. Конечно, нет. Но проблема в том, что создаётся широкое поле, где есть доступ к «чернушному» контенту, который через «лайки» или комментарии одобряют другие пользователи. Более того, когда за сутки этих «лайков» к картинке с призывом убивать или насиловать набирается свыше 30 тысяч, то это уже сигнал о том, что в общественном сознании происходят определённые сдвиги.

– Существуют ли специальные группы, которые выявляет эти деструктивные сообщества? Вообще, ведётся ли какая-либо профилактическая работа?

– Таких групп достаточно много, правда, они в основном состоят из общественных добровольцев: туда, как правило, входят родители, потерявшие ребёнка, или активисты, заинтересовавшиеся данной проблемой. Они пытаются предостеречь детей, которые попадают в эти сети. Знаю, что в Челябинске существует активная и глубоко действующая группа, которая внимательно следит за тенденциями в этой области. Наши выводы полностью совпадают. И не могу не сказать, что меня это радует.

Конечно, подключены и правоохранительные органы, но меня не покидает ощущение, что все мы боремся с последствиями, а не с причиной. Проблема, безусловно, в самой политике сети «ВКонтакте», например, в «Фейсбуке» такого контента нет, т.к. модераторы тщательно за этим следят. Руководство сформулировало определённые правила, и посты, которые им не соответствуют, уничтожаются, а пользователи, разместившие их, блокируются. Картинки с чёрным юмором там есть, а призыва к насилию над человеком – нет. «ВКонтакте» придерживается непонятных мне принципов и практически отказывается хоть как-то бороться с деструктивными обществами. Поэтому я считаю, что нужно бороться с самой сетью.

– Хорошо, например, вы смогли добиться закрытия «ВКонтакте». Где гарантия того, что тут же не появится новая соцсеть или сайт/форум, куда поместят тот самый «запрещённый» контент?

– В том-то и проблема, что гарантий нет. Просто «ВКонтакте» – это удобный способ распространения, но сама сеть – такое же последствие, а не причина. И вот найти её – сейчас главная задача.

Мне трудно экстраполировать данную картину на своё детство, т.к. мы все были заняты: кто учёбой, кто книгами, кто состоял в кружках и клубах. В основном, это носило позитивный и созидательный характер. Так или иначе мы все воспитывались в русле государственной идеологии. А где она сейчас? Её нет. Какие знания педагогический университет должен вкладывать в головы учащимся, понятно из учебных курсов, а какого человека воспитывать – непонятно. Пока эта проблема на государственном уровне не будет решена, мы в этом смысле никуда не сдвинемся. И ту же самую картину мы видим на Западе. У нас схожие проблемы, психологические портреты участников «агрессивных» акций как две капли воды похожи на портреты российских.

– В феврале по СМИ прокатилась волна беспокойства насчёт игры «Синий кит». И в то же время появилось несколько независимых расследований, которые показали, что причина – надуманна. Что вы как специалист можете сказать по этому поводу?

– Безусловно, эта угроза существует. К сожалению, мы видим по сводкам, что количество самоубийств детей растёт. Мы совершенно точно можем говорить о конкретных случаях, когда подростки кончали жизнь самоубийством не без участия этих групп. И стены их личных страниц были наполнены демотиваторами и мемами определённой тематики, что само по себе является серьёзным «звоночком». Да даже если всего один человек покончит с собой под влиянием подобных групп, этого уже достаточно, чтобы их прикрыть. Но речь идёт не о единичном случае. То, что это отлично выстроенная система, для меня как для аналитика не поддаётся сомнениям. А как PRщику мне видно, что этим занимаются очень серьёзные и хорошо подготовленные люди. Часто СМИ пытаются представить, что «Синий кит» или ему подобные группы – это баловство подростков. Всё гораздо серьёзнее. За этим стоят взрослые люди, которые преследуют далеко идущие цели.

– Тогда такой вопрос: что мы, обычные люди, можем сделать, чтобы подростки не попали под влияние подобных сообществ?

– Во-первых, самое необходимое, – это признать, что проблема существует. Очень долгое время её пытались замолчать или нивелировать значение. Второе: родители, преподаватели и сами подростки (я не снимаю с них ответственности), должны думать о том, чем заняться в реальной жизни. Вместо того, чтобы тупо листать картинки в соцсетях, лучше найти своё дело: учиться, читать книги, заниматься спортом. Это звучит совершенно банально, но тут просто нет альтернативы. И важно самим подросткам осознать, что если они думают о самоубийстве или ставят «лайки» мемам, призывающим к убийству или насилию, то они не герои. Займитесь делом и реализовывайте себя в реальной жизни. Всё остальное – «разговоры в пользу бедных».

Беседовала Надежда ПЛЕХАНОВА

Добавьте свой комментарий

Просьба соблюдать правила уважительного тона. Ссылки на другие источники, копипасты (большие скопированные тексты), провокационные, оскорбительные и анонимные комментарии могут быть удалены.