Краевед Юрий Латышев рассказал ПМД74 о работе группы градозащитников «АрхиСтраж»

Татьяна Колодяжная

Юрий ЛатышевСегодня мы публикуем продолжение интервью с южноуральским краеведом Юрием Латышевым, который возглавляет инициативную группу «АрхиСтраж» . В первой части нашей беседы он рассказал об одной из главных текущих проблем города Челябинска — вырубке леса и застройке в районе мемориала «Золотая гора». Во второй части читайте о деятельности «Архистража» и причинах того, что в нашей стране не произошла подлинная десталинизация.

Как работает группа “АрхиСтраж”

Этим летом “АрхиСтражу” исполнилось три года. Инициатором ее создания был Валерий Михайлович Егоров. Наша группа никак не оформлена официально: у нее нет ни лицевого счета, ни регистрации. Практически работа «АрхиСтража» выглядит так: я координирую действия людей, которые так или иначе заинтересованы в сохранении памятников истории и культуры (объектов культурного наследия — ОКН). За три года число участников группы выросло. Например, в нашем сообществе ВК уже около 700 человек. Причем мы никого специально не приглашаем, люди сами включаются. Присылают сообщения, если видят интересное разрушенное здание (или даже здание, которое не является памятником, но, с их точки зрения, его надо бы сохранить).

В начале мы собирались в одной из челябинских фотостудий, а затем в библиотеке имени Пушкина и в Областном краеведческом музее. В последнее время мы встречаемся не так часто — считаю, что не всегда целесообразно устраивать собрания. Мне больше интересно проводить какие-то прогулки, экскурсии. У нас уже сложился определенный контингент. В ВКонтакте всегда размещаются анонсы об этих вылазках, приглашаю всех желающих присоединиться. К слову, есть еще  группа на Фейсбуке, 1500 подписчиков, и есть группа в Одноклассниках — “Челябинская старина”. Там тоже около тысячи человек, но там сделан акцент на подборки старинных фотографий. Есть Живой журнал, где я стараюсь выкладывать снимки зданий по хронологии, с исторической справкой. Жаль,что сайта пока что нет. Хорошо бы его иметь, ведь это та площадка, где можно сохранять и систематизировать накопленную информацию.

Челябинск не Барселона: о сотрудничестве с государством

Раньше охраной памятников истории и культуры в Челябинске занимался Государственный научно-производственный центр по охране культурного наследия Челябинской Области (ГНПЦ). Он входил в состав Министерства культуры Челябинской области. Причем для Министерства дело охраны исторической старины была делом второстепенным. Главное — театр и массовые мероприятия. Дескать, Челябинск — это не Барселона и памятники здесь не самое важное. Но в 2014 году президент Путин подписал указ, согласно которому орган по охране памятников должен быть отдельным, независимым ни от кого. Правда, чтобы он у нас вступил в силу, нам вместе с фондом “Южный Урал” пришлось писать в Министерство культуры Российской Федерации, в Областную и Генеральную прокуратуру.

Александр Баландин. АиФ-Челябинск.И вот в 2016 году создан отдельный Государственный комитет по охране объектов культурного наследия Челябинской области, возглавляет его Александр Алексеевич Баландин. Организация небольшая, всего тринадцать человек. А в области три тысячи памятников… Само собой, что Комитету нужна поддержка. И Баландин пригласил к сотрудничеству группу «АрхиСтраж». При Госкомитете создан общественный совет, в котором я являюсь заместителем председателя. Конечно, у нас бывают споры: ведь порой у государственных чиновников один взгляд, а у общественников другой. Но в большинстве случаев наши задачи совпадают. Мы стараемся общими усилиями выявить, сохранить и найти возможность использования заброшенных памятников истории и культуры. Так что это сложная, но весьма интересная работа.

Об исторической архитектуре нашего края 

В Челябинске много интересных памятников, построенных до 1917 года. Причем это и культовые здания, и общественные, и предприятия и жилые дома. 168 из них построено в XIX веке; 87 — в период с 1901 по 1917 годы. Есть у нас четыре объекта федерального значения: это Народный дом (Театр юного зрителя); это торговый пассаж Яушевых; дом Злоказовых и Орленок. Около сотни объектов регионального значения. В Челябинском городском округе среди них шесть объектов: Померанцевская красная церковь (храм святого благоверного Александра Невского); Свято-Симеоновский кафедральный собор; Свято-Троицкий храм; синагога, мечеть и деревянная церковь Петра и Павла в Сосновке. Интересны также и многие промышленные здания: например, мельница Степановых в Металлургическом районе.

Пассаж Яушевых

Деревянных домов в начала ХХ века в Челябинске было очень много — около трех с половиной тысяч. Сейчас осталось десятка три, не больше. И конечно, среди выявленных объектов культурного наследия есть не просто здания, а еще и памятные всем горожанам места — такие как место возникновения Челябинска (площадь Ярославского). Кстати, никак не могу промолчать по поводу этого названия… Площадь Ярославского — язык не поворачивается это произнести… Вообще был такой варвар который в 20-ые годы инициировал и всячески поощрял снос культовых сооружений по всей стране. В том числе, Христорождественского собора, который стоял на месте нынешнего Театра оперы и балета. Как можно было назвать эту площадь его именем? При том вот что интересно: я живу в Челябинске всю жизнь, и ни в 50-е, ни в 60-е, ни в 70-е годы никто не называл это место площадью Ярославского. Это был сквер у Театра оперы и балета. Наименование появилось на карте только в 90-х годах.

Площадь Ярославского

Вернемся к основной теме. Хотелось бы отметить, что до начала XX-ого века Челябинск был небольшим городом. Трехэтажных зданий в нем почти не было, больше всего строили двухэтажные. Только тюрьма у нас была в пять этажей. Посмотришь на Кировку — сплошь двухэтажные здания, каменные и полукаменные (1-ый этаж каменный, а 2-ой — деревянный).

Не все они пока что попадают под охрану. На мой взгляд, в Челябинске нужно включить в реестр еще около десятка зданий. По закону любой житель города может предложить в этот список какое-то старинное здание — фотографирует, пишет заявление в Госкомитет. Затем научно-методический совет принимает решение о включении его в перечень выявленных ОКН. В течение года проводится экспертиза. В последнее время все проходит нормально, но как же трудно это было раньше…

Мемориал «Золотая гора» и сомнения общества по поводу репрессий

Мемориал Золотая гораМежду прочим, среди выявленных ОКН могут быть не просто здания, но и места и захоронения и регионального и выявленного значения. Так, допустим, ряд могил неизвестных людей — героев Союза на Успенском, на Градском, на Митрофановском и Лесном кладбищах. Одно из этих мест — мемориал «Золотая гора», где покоятся многие тысячи репрессированных. 

Слышал такую точку зрения — благодаря Сталину за период с 1924-ого по 1953-ий год Советский Союз стал из аграрного индустриальным. А только ли Иосифа Виссарионовича это заслуга? И какой ценой это делалось? Ценой миллионов жизней.

Я был потрясен, когда в 2008 году мы с мамой ходили за документами о родственниках. Пришли на Васенко, и увидели вооот такой том! Я не утрирую (прим.авт. — держит руки разведенными от стола до подбородка). Там… Сотни фамилий: расстрелян, расстрелян, расстрелян… Скорее всего, Знаете, аж волосы дыбом становятся. Это надо видеть, ощущать. И когда начинают говорить, что это все диссиденты выдумали… Это что за люди?! Я этого не понимаю…

Иной путь возможен! 

При императорской власти тот же Петербург нормально индустриализировался, без этих потерь. Вот я вам приведу более поздний пример, я был им потрясен. Ребята из нашего Исторического музея обнаружили, что в Российском государственном историческом архиве хранятся некоторые документы, относящиеся к Челябинску. а у меня в Питере есть друг. Я его попросил: сходи, узнай. Там есть очень интересная схема станции Челябинск (1911-ого года). Мы на свои деньги сделали электронную копию, начали исследовать карту, и поразились. И когда я показал ее директору музея истории Южно-Уральской железной дороги, Егору Казакову, он смог сказать лишь: “Ничего себе!”. Оказывается, в 1911 году, количество путей на станции Челябинск (а эта карта — не просто схема, она в масштабе, детальная!), такое же, как сейчас! За сто с лишним лет практически ничего не изменилось. В то же время, в конце XIX века на карте пустое место. За эти десять лет произошло такое бурное развитие Челябинска. 

Если до конца XIX века лидировал по развитию Троицк, то, благодаря железной дороге, Челябинск его быстро перегнал. Фактически, все троицкие купцы — Ахунов, Валеев, Яушев — все они кинулись в Челябинск. И эти красивейшие здания — пассаж Яушева, магазин Валеева — это все появилось и в Челябинске. Вот назову цифру — из построек XVIII века ничего не сохранилось, только 7-8 объектов. А с 1901 по 1917 — уже 81 дом. Причем, это, в основном, двухэтажные каменные дома — конечно же, они хорошо сохранились. Челябинск очень бурно развивался.

Почему же десталинизация в последние годы ставится под сомнение?

В свое время  это было, прежде всего, из-за сталинского зомбирования — очень сильного, надо сказать. Вот у меня мама, ей сейчас 92-ой год. Еще когда мы ходили узнавать о судьбе репрессированных родственников. Читали своими глазами, видели, сколько в этой истории фальсификаций — тем не менее, у нее ощущения, что ее дядя в чем-то, может быть, и был виноват. “Но жену-то за что расстреляли?” — недоумевала она. Понимаете? То есть, люди в то время все равно считали, что если арестовали — значит, было за что. И вот это, к сожалению, сохраняется.

Сейчас продолжают говорить: да, правильно, там некоторые из жертв есть безвинные, но вот большинство действительно преступники. Как же это преступники, если 90 процентов были реабилитированы? Значит, действительно виноватых было очень мало — уголовники, еще кто-то. Но опять же, мера наказания и у них несовместима с тем, что люди совершали. Вот что ужасно. Он что-то украл, что-то сломал — и за это расстрел? Расстреливали за то, что Сталина обругали в разговоре, что-то не понравилось из советской действительности.

А ведь как жили, жили ужасно. Я жил при советской власти. С нетерпением ждал, когда уйдет Брежнев. Когда пришел Горбачев, я был в восторге. Но дело не в этом, дело в системе. Социалистическая система была бесперспективна. Да, сейчас тоже все плохо. Но у нас уже есть негативный опыт, мы уже через это прошли. Зачем дважды вступать в одну воду? Эти попытки оправдать культ Сталина меня поражают до глубины души.

Может быть, в Челябинске особо вопиющих случаев и нет. Разве что реконструкторы-коммунисты  с различными сталинскими символами на машинах и знаменах участвовали в позапрошлом Дне Победы. Мне это не нравится — не так уже велика роль Сталина в Победе. Тем более, я часто сталкивался с фальшивыми памятниками, связанными с революцией. Вот я как раз одну статью направил на городскую конференцию, именно по памятникам истории и культуры. И вот, оказывается, что история многих зданий и так называемых памятных революционных мест — они высосаны из пальца!

Приведу один пример: по распоряжению Сергея Давыдова в 2010 году снесли дом по улице Цвиллинга, 1. А это объект регионального значения. Якобы там челябинский революционер Соломон Елькин печатал в типографии отца какие-то запрещенные листовки. Когда начали смотреть документы — действительно, типография Елькина была на Соборной площади. Но не в этом здании, а там, где сейчас находится Театр оперы и балета… Там стоял двухэтажный дом с типографией. Но почему-то революционная легенда оказалась неточной, и таких примеров очень много.

Или вот взять площадь Восстания, это где Театр 30-летия ВЛКСМ. Якобы в 1905-ом и 1917-ом году там собирались революционеры-железнодорожники. Ерунда это все. Это была площадь с пожарной частью, там каланча пожарная стояла. И никто там не митинговал. И конечно, очень много «памятников» периода и 30-ых, и 40-ых годов.

Площадь Восстания

Немного об  истории нашего края и нашей страны в годы Великой Отечественной войны

Сейчас вышло две книги по Зальцману (Исаак Зальцман — советский организатор военного производства на ЧТЗ (в то время Кировском заводе) — прим.авт.).  Во время Отечественной войны он, конечно, был значимой фигурой. Снова жуткие примеры… Моя мама с шестнадцати лет три года проработала на Тульском патронном заводе №541, который эвакуировали в Челябинск. Так вот, ее коллега один раз проспала. И так испугалась, что несколько дней вообще не выходила на работу. За ней приехали, арестовали, а затем дали восемь или десять лет. И она сошла с ума. Вот, понимаете? Таких моментов много, об этом изредкапишут, но почему-то выпячивают хорошую сторону, а то, что людям было действительно тяжело замалчивают.  Единственно, что во время войны расстреливали в меньшей степени, нужна была рабочая сила, пушечное мясо и так далее.

Кировский завод, 1942 год

Сейчас я читаю воспоминания людей, переживших войну. Какие судьбы, это было очень страшно. Это война, но то же самое было ведь и в 30-е годы. Кстати сказать, мы недавно опубликовали в 6-ом номере журнала “Родина” статью — мне в прошлом году предложили изложить историю из семейного фотоальбома. Я копнул — была история, причем не связанная с моей семьей напрямую. Моя теща (она умерла в 2000 году) закончила курсы в Ленинграде, и ее направили в Кандалакшу — в поселок, где строили ГЭС на реке Нива. Поселок раскулаченных и репрессированных — не всех расстреливали, кого-то бросали на стройки. Там они жили, может, более свободно, но все равно уехать никуда не могли. Там она познакомилась со своим первым мужем, Иваном Федоровичем Лавриненко. Он пропал без вести, и до конца жизни она не знала, где он. Это была Советско-финская война, 39-40-й годы. Уже после ее смерти, увидев эти интересные документы и фотографии, через Интернет выяснил, что за несколько дней до окончания войны, в конце февраля, он был ранен, погиб и сейчас захоронен на финской территории.

Иван ЛаврененкоЯ начал искать по фотографиям: у него сохранился дневник, сохранилось письмо 1-го января 1940 года, когда он уже был на фронте. Я написал в Мурманский архив, в Кировский филиал, они прислали кое-какие данные. И у меня оказалось три десятка шикарнейших фотографий. И возникла интересная мысль: по этим документам Иван Федорович завербовался как электросварщик, работал шофером. В то же время, его дневник и письмо — человека высокообразованного. И моя жена вспоминает, что ее мать все время говорила: “Он инженер”. У меня такое предположение: скорее всего, он действительно был инженером. В 37-ом году он был в Подмосковье, где кругом шли репрессии, и, чтобы как-то спастись от этого всего, он завербовался в Кандалакшу. Видите, так люди и спасались. Но в конце концов, погиб, такая судьба. Вообще эта война была супер-глупая. А Сталин ведь ее развязал, вот об этом как-то забывают. Вообще о Зимней войне почему-то очень мало пишут. Ведь это трагедия и преступление. Якобы они не договорились с финнами — но, извините меня, из-за этого загубить несколько сотен тысяч человек… 

Вместо завершения

Вы, наверное, уже поняли, что процесс сохранения объектов культурного наследия требует нудной, тяжелой и  скучной деятельности. За эти три года к нам приходили одни люди, оставались другие, а сейчас трудятся третьи. Но мне важно то, что в принципе есть группа людей, в том числе и молодежи, которых волнует охрана памятников. Мы могли бы зарегистрировать “АрхиСтраж” как общественную организацию, но у меня просто нет возможности это делать и втягиваться в последующую бумажную волокиту. Но мы делаем все, что в наших силах. К примеру, я считаю, что на моей совести сохранение по крайней мере пятнадцати старинных зданий, которые в свое время не были включены в охранный перечень. Сейчас они находятся под юридической защитой, и уничтожить их довольно сложно.

Татьяна Колодяжная, Кирилл Белоусов

Добавьте свой комментарий

Просьба соблюдать правила уважительного тона. Ссылки на другие источники, копипасты (большие скопированные тексты), провокационные, оскорбительные и анонимные комментарии могут быть удалены.